или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
6 ноября 2013
0
1 463

«У меня есть отдельное занятие про мат»

Корреспондент телеканала «Дождь» и преподаватель итальянского языка Игорь Севрюгин рассказал о том, как правильно учить иностранным языкам, объяснил, как сделать татарский язык модным, и провел параллель между Татарстаном и Каталонией.
 Расскажи, как ты попал в журналистику?
— Абсолютно случайно. В десятом классе мне в руки попала брошюра «Школы карьеры». Название меня напрягло, но подкупило то, что курс журналистики там преподавала Татьяна Завалишина. В начале нулевых она вела прямой эфир с мэром Казани Исхаковым. Для меня тогда это был авторитет. Я учился там семь месяцев, мне нужно было сдавать выпускные экзамены в школе, но вместо того чтобы готовиться к ним, я начал работать на ТНВ. Там, в передаче «Доброе утро», я учил зрителей закатывать огурцы, лечиться лыжной мазью и так далее. Я не хотел в этом застревать, поэтому попросился в новости. Сначала мне отказали: «Какие новости? Тебе 16». Но чуть позже всё-таки взяли. Буквально через полгода меня пригласили в программу «7 дней» — надо понимать, что это вообще другая планета. Казалось бы — просто передача, но их журналисты не ходили в общую курилку, не ели в общей столовой. Ты видишь их программы, но ощущение такое, будто они — другая каста и ты туда никогда не попадёшь.
— Когда тебя пригласили на канал  «Дождь»?
— В самый неудобный для этого момент: я уволился с ТНВ, чтобы писать дипломную работу, и тут мне позвонили, чтобы я включился по скайпу с казанского митинга против нечестных выборов. Я ничего не понял: что значит включиться по скайпу, как это вообще? Оказалось проще, чем я думал. После трёх сюжетов меня позвали в Москву и предложили стать собкором в Казани. На тот момент у них был один корпункт в Лондоне, а Казань и Петербург появились чуть позже.
— Ты бы не хотел работать в Москве? Предложения ведь наверняка были.
— Нет, Москва не тот город, где бы я хотел работать, я не настолько амбициозен, чтобы рваться на «Первый канал». Мне в Казани нравится, даже по сравнению с Москвой и Питером. В Питере мне не нравится то, что там все такие интеллектуалы и поэты.
— Но это же миф.
— Естественно, про Казань, наверное, тоже думают, что здесь скачут на конях или едят конину. Но в Казани есть всё, что мне нужно. Я никогда не был противником Универсиады, не кричал, что она не нужна. Я понимал, что она позволяет Казани не отставать в развитии. Чтобы понять это, достаточно съездить в Киров, например. Хотя есть и то, что меня раздражает: педалирование на спорте, брендинг города.
— Только это? У маленького города всё-таки больше минусов.
— Конечно. Жалобы, что не можешь найти работу, потому что ты не из того же аула с чуваком, к которому ты идёшь устраиваться. Это не странно — в Италии точно так же: «Джузеппе, ты из моей деревни, пофиг, что ты дурак, пошли ко мне работать!» Италия и Татарстан — это вообще одно и то же.
— Мы не успеваем следить за тобой — ты то в Италии, то в России. Чем ты занимаешься там?
— Работаю с телеканалом «Ласетте», делаю проект про эмигрантов. Они называют мою часть проекта славянской, но на самом деле она про страны бывшего СССР. В Италии сейчас тоже бум эмигрантов. Каждый день к итальянским берегам пришвартовываются шлюпки, корабли с жителями Африки; некоторые вообще не доплывают. Каждый день по телевизору одно и то же — корабли с эмигрантами. Такая же проблема и с Восточной Европой.
Всё-таки для меня это удивительно: у тебя есть возможность работать в Италии, но ты всё равно здесь, в Казани.
— Я бы с удовольствием там работал, но в Италии чувствуется кризис: ты работаешь, получаешь деньги, но ты их не ощущаешь – платишь 40% налогов, а на остальное тебе нужно жилье, еда. В Москве работает мой знакомый мадридец, и он сказал, что в России только дурак не может заработать деньги. Я с ним согласен.
— Расскажи про свои языковые курсы. Как ты вообще увлёкся языками?
— Я начал учить его для себя — в 2009 году познакомился с итальянкой, и мне хотелось говорить с ней не на английском. Потом втянулся, в 2011 году уехал изучать итальянский язык и культуру. Когда вернулся в Россию, знакомая предложила мне открыть в своей языковой школе курс. Он оказался популярным, и позже, когда их школа закрылась, я открыл свою.
— Какая главная проблема преподавания иностранных языков у нас?
— Я сторонник того, чтобы курсы были интересными, не хочу никому навязывать артикли и грамматику. Поэтому при отборе преподавателей я жёстко отсеиваю тех, кто имеет диплом, но не был в Испании, тех, кто ездил в Барселону отдыхать, и так далее. Находятся хорошие преподаватели: например, девочка Юля — она нигде не училась и вообще политолог по образованию, была в Испании и полгода жила в Мексике. Она знает разницу между континентальным и латиноамериканским испанским. Естественно, я её взял. Единственный мой вопрос был по поводу мата. Уровень иностранного определяется знанием матерных слов. В итальянском языке, например, мата — куча! Ты можешь сказать так, эдак, ввернуть как хочешь — прямо как в русском языке.
— На курсах у себя преподаешь мат?
— Да, у меня есть отдельное занятие про мат. А как иначе? В Италии матом разговаривают все, на телевидении его не запикивают. Конечно, группа сначала стесняется, потому что я довольно открыто говорю, например, на тему секса: я говорю, как итальянки называют мужские органы, как мужики называют женские органы. Это нормальный, живой язык, а не скучная грамматика. Никто в Италии не говорит: «Вы знаете, сеньора…», говорят просто: «Дай мне мороженое».
— А ты татарский знаешь?
— Я не татарин, но татарский выучил в школе. Всё зависит от преподавателя: например, я очень хорошо знал историю, потому что у меня была суперпреподаватель, она отходила от программы и рассказывала нам интересные вещи. Так же и с татарским.
— Но с татарским та же проблема — его не преподают так, как ты описал.
— Когда я преподаю итальянский, я показываю, как готовят пасту, пиццу. Не сам, естественно, кашеварю, а показываю видео. Если мы рассматриваем тему транспорта, я рассказываю про то, как это работает в Италии. Например, поезд из Милана выходит по расписанию, но когда он придёт в Неаполь — никто не знает, потому что север и юг — разные миры. И наоборот: из Неаполя непонятно когда выходит поезд, но в Милан он придёт по расписанию. Такие вещи цепляют людей. Если бы то же самое рассказывали о татарском, было бы здорово. Например, я никогда в жизни не слышал о том, что татарский используется не только в Татарстане, но и в Финляндии, и там он отличается. А чем? Мне не рассказали, а было бы интересно. Кого-то заинтересовало бы то, что с татарским можно легко выучить турецкий. Татарский преподают как локальный, местечковый язык, а он вообще не такой.
— Достаточно посмотреть на учебники татарского языка, чтобы понять проблему.
— Да, в книжных много красивых книг для изучения английского, а где такое на татарском-то? А на русском? У нас нет ни одного учебника для мигрантов, по которому можно было нормально выучить язык. И вы хотите, чтобы они сюда приезжали и никого не убивали? Вы же не можете рассказать о своей культуре нормально! Я не хочу никого обидеть, но низкопробные программы на ТНВ — это ужас. Мне бы хотелось смотреть передачи о культуре на татарском языке — вы просто пустите русские субтитры, это же несложно.
Возможно, дело в том, что два языка в одной местности сосуществовать не могут?
— Хорошо, возьми для примера Испанию и Каталонию — там ситуация такая же, как в Татарстане и России. Там свой каталанский язык, на котором жители охотно разговаривают. А здесь я прихожу в магазин, вижу, что продавщица татарка, и говорю с ней по-татарски, а она мне отвечает: «Я по-русски понимаю». То есть носитель дает мне понять, что с ним нужно говорить по-русски. Вот и вся разница — татарский язык не культивирован, и его нельзя культивировать этой обезличенной государственной машиной. Покажите, что это модный, современный язык, — тогда, конечно, ситуация изменится.
— Но мы же оба понимаем, что значит для нас «модный» и что значит «модный» для чиновников. 
— Это понятно, но если будет модный носитель языка, тогда будет модный язык. Опять же, нужно перевести татарский язык на латиницу. Ни одна из татарских общин за границей не пользуется кириллицей, они вообще не знают, что это такое. Это затратно, конечно, но иностранцу будет ближе латиница, он скорее заинтересуется языком. И татарский можно сделать модным, но это трудно, потому что кое-кому нужно перестать штамповать законы и включить мозг.
В материале использованы фотографии Алекса Уэбба: http://www.webbnorriswebb.co/.
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука