или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
31 января 2014
0
1 472

Салафиты, геи или дракон? (часть 2)

Запад 
Западная угроза – самая вроде бы наглядная и самая упорно раздуваемая. Западный вопрос для России имеет большую историю и остроту. Наполеон и Гитлер приходили ведь оттуда. Правда, это совершенно не означает, что следующий придет оттуда же. Если вообще придет – войны сейчас ведутся несколько по-другому
Начавшаяся в XIX веке идеологическая битва западников и славянофилов по сей день составляет основной момент внутриполитического российского дискурса. Сейчас это условное противостояние «либералов» и «патриотов». В России сложился определенный паритет двух этих сил. Несмотря на то что либералов в обществе примерно 20%, они составляют наиболее образованную и состоятельную часть населения и имеют доступ к информационным и властным ресурсам. А носителей консервативной идеологии, ориентированной на патриотизм и авторитарную традицию – около 80%, но они рассредоточены по провинции и в массе своей малообразованы и бедны. Этот конгломерат и составляет то, что Хантингтон называл православной цивилизацией или в узком смысле русской цивилизацией. Для России таким образом важны обе составные части своего социума.
 
<
Глобальная задача России в противоборстве с Западом – оформить цивилизационное пространство (в него входят помимо России также Украина, Белоруссия и Казахстан) и сохранить их в качестве буферных стран. В случае с Украиной как показывают последние события сделать это сложно, поскольку внутри нее есть мощные силы, настроенные крайне антироссийски. Прежде всего, это западная Галичина, собственно, к православной цивилизации не относящаяся. Запад и центр Украины все равно никогда России не подчинятся – там весьма косные, упрямые и подверженные своим антимоскальским комплексам люди. И это не исправить. И в Украине нет серьезных пророссийских политических сил и элит, на которые можно было бы опираться. 
Сейчас для Евроазиатского союза вполне хватит лояльных Белоруссии и Казахстана. На Украине можно ограничиться экономическими выигрышами. На первый план выстапуют нужные России украинские активы – газопроводы и военные заводы Днепропетровска и Харькова.
Возможно, конечно, при расколе Украины получить сателлитную восточную ее часть, но это вряд ли произойдет механически, без каких-либо осложнений. Наверняка это будет слишком большой «геморрой» в плане международных отношений – мирного развода не получится. Да и вообще развал и гражданская война в этой стране объективно не нужны ни Западу, ни России (как бы ни хотелось широкому русскому сердцу под шумок отобрать назад Крым!). Политическое стремление Украины в Европу в будущем будет непреодолимо, хотя экономически она будет не против поживиться на Востоке. Вот и весь расклад. Бжезинский – русофоб еще тот, но он прав. 
 
<
Но… Если нужные активы будут принадлежать России, по большому счету неважно, в какой геополитической позиции находится Украина. Пусть украинцы хоть поставят памятник Бандере прямо на шоссе Харьков-Белгород – до лампочки! В ближайшие годы России необходимо наоборот наращивать экономическую мощь внутри страны. У России есть исторический шанс на фоне цен на нефть и возможной, в-конце-концов-из-конца-в-конец, модернизации экономики встать вровень с Европой через 10-20 лет. Но для этого нужно наплевать на антизападные и имперские настроения среднего россиянина, потакая им чисто ритуально и формально. Деньги попусту не тратить, в крупный конфликт с Европой и Штатами не ввязываться.  
И наконец про ЛГБТ. Это своего рода пробный шар, запускаемый политтехнологами. Практически завоевав Запад, сторонники нетрадиционного секса пробуют расширить горизонты и направить свои «прогрессивные» идеи в другие географические и цивилизационные пространства. Самым удобным плацдармом служит достаточно близкая Западу, но все же гораздо более отсталая в смысле половой толерантности Россия. Что из этого получится, как можно расшатать традиционные устои, мешающие глобальному проекту Запада – все это должна показать кампания ЛГБТ в России. Из этого будут сделаны выводы, с учетом которых ЛГБТ-сообщество продолжит свое наступление. Нам же нужно сделать свои выводы и попробовать направить энергию этого сообщества в другие социумы, настроенные к сексуальным проблемам еще более традиционно, чем Россия.
 
Китай 
Война с Китаем – самая худшая геополитическая бяка, которая может случиться с Россией. Во-первых, России грозит болезненное чисто военное поражение. Во-вторых, остальные угрозы возрастают и очерчивается западная – США в привычной для себя роли третьей силы не упустит случая поживиться. Собственно, именно из Китая наиболее и реален чисто военный удар. Поэтому армия должна быть ориентирована именно на угрозу с востока. Со стороны Китая ко всему прочему будет та самая классическая война, к которой привыкли наши военачальники. Технологическую войну Западу они проиграют в любом случае (но будьте спокойны, Запад и не нападет, он умеет в отличие от России считать человеческие жизни). Следовательно, нужно укреплять Дальний Восток любыми способами, в том числе военными.
 
<
Однако рассуждать о войне с Китаем можно только в футурологическом формате. Сейчас Китаю это незачем. Поднебесная вообще довольно инертна и привержена традициям. Китайцы совершили последнюю завоевательную войну и вылезли за пределы Поднебесной в XVII веке, когда осуществляли походы в Корею, чтобы обложить ее данью. Пограничные конфликты с СССР (1969) и Вьетнамом (1979) можно все же не считать за серьезные кампании. Нынешняя территория КНР сформировалась в 1951 году, когда Мао ликвидировал независимость Тибета. Впрочем, Тибет был независимым всего 40 лет, а до этого входил в состав империи Цин. Но китайское цивилизационное пространство было чуть большим. Поэтому китайцы скорее всего постараются сначало прибрать к рукам то, что им когда-то принадлежало. А это Тайвань, острова у японцев и вьетнамцев, наконец, Южный Тибет и Монголия. До России вообще дело дойдет лет через тридцать. Но вот если Китай, как об этом пишут практически все западные аналитики, будет настолько силен и нагл, что «запилит» проект своего расширения, то всеми силами надо постараться столкнуть его не с Россией, а с США. Впрочем, осторожно сталкивать их можно начинать прямо сейчас. Хуже для России от этого не будет.
 
Исламизм 
Если Китай – самое худшее, то радикальные исламисты – самое сложное и, главное, самое реальное. Война против России уже идет, и не в холодном шахматном виде, как с Запада, а в самом что ни на есть горячем, с человеческими жертвами. «Либерастические» прозападные СМИ и китайцы в Чите и Владивостоке как агенты влияния – цветочки. Численность мусульманского населения в России неизменно возрастает и может достичь критических 20% в третьем десятилетии XXI века.   
Предложение Жириновского о законодательном ограничении рождаемости на Северном Кавказе логично и привлекательно, но по многим причинам невыполнимо. «Сбросить» Кавказ, как об этом говорит очень умный политолог Станислав Белковский – тоже не вариант при всей опять же внешней привлекательности. К тому же с 9 мая 2014 года призывы к сбрасыванию Кавказа будут противозаконными (Госдума одобрила законопроект КПРФ о включении в Уголовный кодекс статьи, устанавливающей ответственность за «публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ»). Даже не буду особо расписывать, почему расставаться с Кавказом нельзя. С точки зрения геополитики это очевидно. Также очевидно, хотя и очень неприятно, что с исламской радикальной заразой придется бороться внутри страны. 
Собственно, даже салафизм не представлял бы особой угрозы, если его было бы возможно ограничить рамками религиозной общины и семьи и полностью исключить в нем насильственные методы ведения джихада. А джихад – это, собственно не война как таковая, а самосовершенствование в вере (иман) и миссионерская деятельность, проповеди, как словом так и делом. Если люди хотят жить как первые мусульмане в истории, почему их нужно ограничивать? Ведь есть же православные семьи, где царит патриархат, обязательно молятся перед едой, не смотрят богомерзкий телевизор. Но эти люди не идут взрывать ночные клубы, где царствует «антиБожьи» законы и, образно говоря, похотливо вертит хвостом дьявол. Иными словами, присутствует разделение: Богу – Богово, а кесарю – кесарево. Салафиты же пачками взрывают в Дагестане магазины, в которых продается водка и вино, ибо это не соответствует их понятиям о Божественном. Вытеснение салафитов на обочину духовной жизни, превращение их в аналог меннонитов, старообрядцев или свидетелей Иеговы, занимающих свои религиозные ниши и особо не высовывающихся – мечта и утопия. Но реализация этой мечты – главная задача в отношении ислама на последующие десятилетия. 
Увы, борьба с ваххабизмом и другими идеологиями исламского радикализма нигде пока в мире не увенчалась особым успехом. Исламистов в принципе неплохо держат авторитарные режимы (Мубарак в Египте, Асад в Сирии, Каддафи в Ливии). Вы скажете – они плохо закончили. Но стояли довольно долго. А Асад до сих пор стоит. Поэтому ставка на людей, подобных Рамзану Кадырову, оправдана. Но это консервативное лечение, лишь замедляющее болезнь, что показывают, собственно, события во всех вышеупомянутых странах. Во многих странах мусульманского мира за последние 20-30 лет радикализм только усилился. Россия не будет исключением.  
Иными словами, нет еще человека, который бы придумал эффективные способы борьбы с ваххабизмом. Потому что это идеология, и довольно сильная. Так называемые духовные скрепы, которые российские власти ищут днем с фонарем, в полном наличии у исламистов. Но, как вы понимаете, это какие-то неправильные скрепы. И они влекут за собой совсем неправильные взрывы… 
 
<
Тем не менее, вспомните – в первой части статьи я написал, что ваххабизм (салафизм) расцветает только там, где есть бедность и невежество. С ними и нужно бороться в первую очередь. Во-первых, в европейской части России (Татарстане и Башкортостане) можно приложить усилия к развитию так называемого евроислама – ислама, не отвергающего некоторые базовые либеральные ценности. Необходимо открыть соответствующие мусульманские учебные заведения и любыми способами препятствовать выезду молодых людей на учебу в арабские страны. Правда, главный муфтий, лояльный российским властям – Талгат Таджутдин – благодаря своему экстравагантному поведению не имеет достаточного авторитета среди мусульман. Боровшийся против ваххабизма татарский муфтий Валиулла Якупов был убит в 2012 году. Остальные авторитетные муфтии российского ислама, к сожалению, смотрят в другую сторону. Но придется развивать эту тему как получится. Во-вторых, необходим социалистический крен в экономической политике, который позволил бы сократить разрыв между богатыми и бедными – нужно подкосить питательную среду для ваххабизма. В-третьих, решительно остановить миграцию гастарбайтеров из Центральной Азии – дополнительный мусульманский элемент России в ситуации, когда грубо говоря своего девать некуда, ни к чему. Гастрабайтеры нищи, бесправны и являются великолепным человеческим материалом для исламистов. Ну, и наконец, в-четвертых — испытанные временем запретительно-репрессивные меры. В отношении террористических лидеров и их направляющих из-за рубежа должны проводиться абсолютно безжалостные полицейские спецоперации. Нужно уничтожение Доку Умарова. При этом неважно, ответственен ли он за волгоградские теракты или нет – предыдущей деятельностью по совокупности он явно, выражаясь футбольным сленгом, «наиграл на красную». Если же Рамзан Кадыров прав, и Умаров все же уже мертв – значит, как можно скорее выявить и уничтожить его преемника. Заявление «Ансар аль-Сунны» о причастности к волгоградским взрывам намекает и на спецоперацию за границей. Только желательно это сделать с меньшим «палевом», чем это было при ликвидации Зелимхана Яндарбиева в 2004 году в Катаре…  
И в заключении – об исламе в аспекте международной политики. Складывающаяся на Ближнем Востоке ситуация довольно перспективна для России. Исторически присутствующие два центра силы исламского мира – суннитская Саудовская Аравия и шиитский Иран – на полях сражения в Сирии пришли к патовому состоянию. Запад договорился о прекращении конфронтации с Ираном в обмен на его отказ от ядерного оружия. Это означает, что Иран выходит из ситуации изгоя и становится, возможно, ведущей державой региона. Его там, правда, будут сдерживать Турция и Саудовская Аравия. России выгодно нарушение баланса в сторону Ирана. Иран, конечно, режим весьма малоприятный и в целом нам чуждый, но… Из Ирана никакой угрозы России не исходит, по причинам традиционных тесных двусторонних связей и логики геополитического противостояния. Иран потенциально опасен своей ярко выраженной антииудейской паранойей, но от этого России ни жарко ни холодно. Израиль пускай защищает традиционный союзник – США. Надеюсь, у них все получится. Вообще чем больше головной боли для США в этом регионе, тем лучше. Тем менее американцы будут готовы заниматься российской и околороссийской проблематикой.  
Следует сказать прямым текстом и еще одну вещь – ослабление Саудовской Аравии как флагмана радикального ислама отвечает не только интересам России, но и всего христианского мира. К этому есть некоторые предпосылки: охлаждение отношений с США, выход самой Америки на нефтяной рынок в качестве экспортера и возможная неразбериха с тем, кто будет наследовать дряхлым саудовским монархам «первой волны». Принцев-претендентов там несколько десятков, и все это грозит нешуточными клановыми разборками. В этом случае исламские радикалы всего мира обратят свое внимание именно туда, отвлекшись от проблем в других мусульманских регионах. Опять же найдется работа для США, которые вынуждены будут вмешаться в ситуацию. Вопрос в том, насколько возможно подтолкнуть эту ситуацию. К сожалению, в отличие от американцев, моделирование хаоса в различных частях света с последующей выгодой для Родины – не конек российских дипломатов и спецслужб.      
 
Резюме 
Концептуальная задача России – сохранение русской цивилизации с аккуратным движением в сторону Запада. При этом важна экономическая мощь, которую предстоит нарастить. Важна также равноудаленность России от двух крупнейших геополитических игроков – США и Китая. Но при всех различиях для России именно Запад самая близкая цивилизация, а не ислам и Китай. Поэтому стратегически лучше избежать конфликта именно здесь. Китай не представляет явной угрозы, по крайней мере, сейчас, а наиболее остро и ярко стоит угроза исламского радикализма. Им и следует заняться в первую очередь. 
Наиболее разумная позиция во внешней политике – «и нашим и вашим». России лучше всего занять позицию третьей силы в потенциальном глобальном конфликте. А наиболее очевидный будущий конфликт – США vs КНР. Де-факто такую позицию занимали США в начале второй мировой войны – будущий президент, а тогда сенатор Гарри Трумэн 24 июня 1941 года заявил: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии…». В конечном итоге именно США получили от итогов второй мировой войны наибольшие бонусы. России нужно научиться быть циничной и в конфликтах XXI века последовать заветам Трумэна.
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука