или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
2 ноября 2013
0
756

Интернат-зависимость

Ученики специализированной школы для одаренных детей — лицея-интерната №2 города Казани, куда можно поступить только с седьмого класса, — первые два года обязательно живут в интернате. С 9-го класса у них появляется возможность вернуться к родителям. В интернате они постоянно общаются с преподавателями и воспитателями, учатся жить вместе со сверстниками. Мы посмотрели на быть лицеистов, который оказался непривычным для стороннего наблюдателя.
«Юрт находится по соседству со зданием детского сада, я вас там встречу», — объясняет нам по телефону директор интерната Айрат. Я не совсем понимаю, о чём идет речь и про какой загадочный «юрт» он говорит. Пройдя мимо здания детского сада, мы видим точно такое же Н-образное строение. По конструкции это типичный детский сад, построенный в 70-е годы.
Уже на территории интерната мы замечаем, что это давно не детский сад: рядом со зданием — два футбольных поля и небольшая парковка перед входом. Там нас встречает Айрат — слишком молодой для грозного слова «директор». Он сразу же объясняет: «Вы, наверное, меня не поняли. Юрт – это «интернат» с турецкого, название закрепилось с тех пор, когда учреждение было татаро-турецким лицеем, поэтому мы — воспитатели и лицеисты — по привычке живем в юрте».
Внутри сразу чувствуется уют, хоть и не совсем домашний. При входе аккуратно лежат тапочки, не меньше десяти пар, дальше, в холле, стоят несколько диванов, телевизор, вай-фай роутер, почти на всех подоконниках — цветы. На стене висит постер Лионеля Месси с таблицей чемпионата юрта по футболу — такие турниры проходят осенью и весной. Судя по календарю, сегодня вечером будет очередной матч. Коридоры пока пустые, кроме нас и Айрата в здании только вахтер, который смотрит телевизор в комнатке возле входа. Дети — в лицее, большинство воспитателей тоже на учёбе, практически все они — студенты казанских вузов.
Мы поднимаемся на второй этаж, где находятся комнаты детей, и проходим через небольшой холл. Судя по всему, здесь собраны все развлечения: телевизор, два теннисных стола, проектор. «Иногда смотрим футбольные и хоккейные матчи, но это только в свободное от занятий время. После отбоя в 22:30 разрешаем только старшим классам. По средам смотрим вместе фильмы на большом экране. Подбираются интересные фильмы для ребят, конечно же, такие, чтобы были со смыслом», — объясняет Айрат. Из холла тянутся два коридора, в них и находятся комнаты, их здесь примерно двадцать. Внутри каждой — по пять двухъярусных кроватей, небольшие деревянные шкафчики. В комнатах удивительно чисто: никакого мусора и лишних вещей, кровати заправлены порой неумело, но аккуратно. Разгадка опрятности находится быстро — в каждой комнате висит таблица чистоты. Каждое утро воспитатели осматривают комнаты и выставляют оценку по стобалльной шкале. За лишние вещи, например, тапочки под кроватью или пылесос при входе, отнимают пять баллов, а за любой мусор на полу — сразу двадцать. «Каждую неделю мы выбираем самую чистую комнату и награждаем её фруктами, тортами. Потом выбираем самую чистую комнату месяца и награждаем её парой часов игры в иксбокс», — объясняет Айрат.
Пока мы осматриваемся в непривычной для нас обстановке, лицеисты начинают возвращаться с учёбы. Все одеты одинаково: галстук, рубашка, пиджак, ботинки. Это обязательная лицеевская форма. Они здороваются с нами: «Исэнмесез, абый» («Исэнмесез» с татарского переводится как «Здравствуйте», а «абый» - это уважительное обращение к старшим) и расходятся по своим комнатам, на ходу бурно обсуждая стандартные для подростков темы: новую «гэтэашку», лицеевские новости. Тут же, буквально через 5 минут, они, переодевшись, занимают теннисные столы, сидят на диванчиках и общаются. Некоторые, быстро надев футбольную форму, бегут на улицу. После уроков у них есть чуть больше двух часов свободного времени до ютюдов — то время, когда они делают домашние задания. В одной из комнат, дальше по коридору, мы слышим, как спорят дети: они обнаружили ноль в своей таблице чистоты — в комнате было пыльно. Дети яростно доказывают воспитателю, что никакой пыли нет, просят его перепроверить, ведь с таким результатом им не победить в конкурсе. Но воспитатель исправлять ноль отказывается и уходит. Дети, собравшись и обсудив эту ситуацию, решают подняться на час раньше обычного, чтобы убраться ещё лучше.
На футбольном поле начинается обещанная календарём игра между командами 8-го «B» и 8-го «С». Матч не похож на обычную дворовую возню: здесь есть судьи — воспитатели юрта, болельщики — родители и учителя. Дети из других классов с любопытством выглядывают из окон, откуда смотреть намного удобнее, и поддерживают понравившуюся команду. Борьба на поле тоже настоящая: класс, выигравший турнир по футболу, имеет в копилке самый весомый в аргумент в споре «Кто круче?». Правда, он актуален только до следующего турнира.
Два класса доигрывают свой матч, для всех остальных играет звонок — мидишная татарская мелодия, которая означает, что начинаются занятия самоподготовки — этюды. Это то время, когда лицеисты должны сидеть в комнатах и учить уроки. Дети выходят из своих комнат с учебниками. Те, кто не успел доиграть в настольный теннис, пытаются быстро довести дело до конца, пока не пришёл кто-либо из воспитателей. Этюдные комнаты выглядят как обычный класс: доска, мел, несколько рядов парт. Во время занятий запрещено пользоваться телефонами, ноутбуками, разговаривать друг с другом можно только с разрешения воспитателя. На столах у детей огромное количество книг, большинство из них учит языки — в младших классах основной упор делается на это. Некоторые шёпотом переговариваются, пишут друг другу сообщения на бумаге, иногда поднимая голову на воспитателя, который сидит здесь же, напротив них, и следит за порядком. Убедившись, что воспитатель не заметил их общение на бумаге, они продолжают переписку.
В девять часов дети начинают расходиться из комнат, но многие остаются, потому что «делать на завтра много», или договариваются встать пораньше, чтобы успеть доделать домашнее задание. Пустующие коридоры снова оживляются.
Последние часы перед сном дети проводят внутри здания — в целях безопасности вечером их одних выпускают только для того, чтобы они, если нужно, выбросили мусор. Оставшееся время ребята проводят по-разному: кто-то просто общается, кто-то дурачится, кто-то читает книгу или собирает портфель на завтра. Им нужно успеть всё это сделать до 22:30, потом воспитатель выключает свет в комнатах, несмотря на протесты детей. После отбоя им нельзя разговаривать, пользоваться мобильными телефонами, ходить по зданию. Как и в летних лагерях, здесь тоже есть свои «зихеры», проделав которые можно получить дополнительные очки уважения в глазах одноклассников. Например, достать мобильник незаметно для воспитателя (если он всё же заметит, то заберет и вернет только родителям) или перебежать из одной комнаты в другую.
После 22:30 интернат резко затихает. Младшие классы ложатся спать, свет можно увидеть только в комнате 11-го класса — им разрешают заниматься подольше, ведь в этом году они сдают ЕГЭ. Несмотря на то что воспитатель здесь за порядком не следит, они мирно читают книги или решают задачи по алгебре.
Поскольку до утра здесь уже ничего не произойдет, мы собираемся уходить. Нас провожает Айрат, дела которого на сегодня ещё не закончились — он ляжет спать только часа через два. «Это ещё мне повезло сегодня, я иногда совсем не сплю», — говорит он, прощаясь с нами.
Фотографии: Денис Волков
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука