или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
15 июля 2015
1
18 734

История Пятса: п​очему первый президент Эстонии умер в психбольнице под Тверью

Константин Пятс. Источник: www.estonica.org

В девяностые Константина Пятса называли «святым Константином» и национальным героем, а позже «агентом советского влияния». Человек, проживший трудную жизнь и умерший в безвестности в провинциальной больнице, провозгласил эстонскую независимость — и толкнул страну в состав СССР. Об истории первого президента Эстонии рассказывает Юлия Овсянникова

Пациент с акцентом

В декабрь 1952-го года в психиатрическую больницу имени Литвинова в поселке Бурашево под Калинином (Тверью) поступил один немолодой пациент. Врачи и санитары заметили: руководство относится к пациенту очень уважительно. Старичка «поселили» в отдельную палату № 2, медицинскими процедурами не тревожили. По-русски пациент говорил с мягким акцентом. Было видно: человек образован и воспитан, явно отличался от остальных клиентов больницы. Когда спрашивали, кто он такой, отвечал: «Я – президент Эстонии». Всерьез эти заявления больные и сотрудники низшего звена не воспринимали: подумаешь, очередной наполеон! И «Президент» стало прозвищем. Прожил в своей палате загадочный больной недолго: в январе 1954-го года он тихо скончался. Шли годы: многих свидетелей событий уже не было в живых, но несколько человек старались не забыть, где похоронен пациент.

Пропавший президент

Тайна, которую знали врачи, была предана гласности в 1988-м году, когда в Бурашево вдруг прибыла группа эстонских активистов и объявила — они ищут следы первого президента Эстонии Константина Пятса, попавшего в сороковые в жернова репрессий. Рассказали про работу в архивах и безуспешные выезды на литовские, белорусские, латвийские кладбища.

Среди пыльных больничных бумаг сразу нашлось личное дело Константина Яковлевича Пятса. По поселку прокатилась новость: старичок, умерший в клинике в пятидесятых годах, не шутил и не бредил: он действительно был президентом. Получив разрешение главы поселка, поисковики вскрывали на местном кладбище могилу за могилой. Перерыли сорок пять захоронений. Опросили лечащего врача Пятса — Ксению Гусеву и записали ее рассказ на видео.

«Да, я знала, кто он такой. Это был настоящий президент и человек, которому можно было доверять. Он очень скучал по семье, хотел перед смертью увидеть сыновей, скучал по дому: конечно, мы жалели Константина Яковлевича в его одиночестве. Когда он умер, я пошла к главврачу и сказала: «Не стало президента. И, я думаю, важно предать его тело земле достойно. Ведь, может, когда-нибудь к нам придут и спросят: как вы обращались с президентом Эстонии? Как вы его похоронили?» — рассказала она. Главврач, по словам Гусевой, с ней согласился: «Нужно сколотить гроб, найти пиджак, ботинки, выбрать место. Президента мы похороним, как положено: по-человечески».

Константин Пятс в Варшаве в 1935 году. Источник: necropole.info

Одной из свидетельниц скромных больничных похорон, Евдокии Шикановой, сейчас за девяносто, но у донской казачки, в пятидесятые — сотрудницы клиники, — очень ясная память: «Константин Яковлевич был приятный человек: спокойный, интеллигентный. Ни на что не жаловался: самый обычный пациент — и все-таки в нем было что-то аристократическое. Не мог есть из общей посуды, и у него, единственного из больных, был свой наборчик. Выглядел он очень одиноким, и мы все ему сочувствовали. Представьте, когда он попал к нам, ему было восемьдесят лет. И никакой надежды на встречу с близкими и возвращение! Даже мы понимали, что судьба его трагична: хотя и представить не могли, что такое быть президентом, а потом десятилетиями скитаться по тюрьмам и психушкам. Так он и умер одиноким».

Евдокия Шиканова помнит, как искали «скороходовские» ботинки, как выбирали место покрасивее на темном кладбище. Запомнила все приметы безымянной могилы: табличек больным не полагалось. Когда в Бурашево приехали эстонские поисковики, Евдокия Шиканова поначалу вмешиваться не стала. Потом все-таки дала совет: «Не там вы, родные, копаете. Ищите березы – слева и справа: а могила между». О тех же березах вспомнила и Ксения Гусева. Подходящий участок нашли. Обнаружилась могила. Последние вопросы сняла экспертиза ДНК. Останки быстро перевезли в Таллинн, где они были торжественно перезахоронены. Глава поселка Николай Панкратьев положил на стол партбилет и лишился должности. Где-то в высоких кабинетах сообразили: в Прибалтику повезли не просто забытого старичка, а символ эстонской государственности и независимости — и испугались последствий.

Переворот и вход во власть

Девяностые открыли много тайн биографии Константина Пятса. В Эстонии знали его первую часть жизни, в России — вторую. Пятс был наполовину русским и к тому же православным. Он родился в 1874 году в Лифляндской губернии в небольшой деревеньке в самой обычной семье. Закончил приходскую школу, духовную семинарию и наконец юридический факультет в Тартусском университете. До личного дворянства «дотянулся», послужив в царской армии. Но духовной и юридической карьеры у Пятса не случилось:

в 1905 году, в разгар революционных событий, он, редактор маленькой местной газеты «Известия», опубликовал воззвание Петербургского Совета рабочих депутатов, за что был приговорен к казни.

До революции 1917-го он отсидел год в питерских «крестах» как революционер, в 1917 оказался за «красной» решеткой по обвинению в контрреволюционной деятельности, а прибывшие в Таллинн вслед за большевиками немцы отправили Пятса в концентрационный лагерь на территории Польши.

Именно в это время Пятс, работавший в период смуты в Комитете спасения, совершил едва ли не главное дело своей жизни. 24 февраля 1918 года, когда «красные» уже покинули Таллинн, а немцы в него еще не вошли, Пятс, назначенный премьер-министром временного правительства Эстонии, зачитал манифест о независимости страны. Сегодня эта дата — важнейший государственный праздник в прибалтийской стране.

Делегация из Твери на могиле Константина Пятса в Эстонии. Фото: burashevo.ru

С 1918 года по 1940-й Пятс занимал ключевые должности и был главной фигурой эстонской политики. Премьер-министру, государственному старейшине и национальному герою простили даже вооруженный государственный переворот, который он совершил в 1934 году, чтобы не позволить националистической Лиге ветеранов Освободительной войны (вепсам) одержать победу на выборах. Вепсы предлагали радикальный проект в духе партий Гитлера и Муссолини: но был ли поступок Константина Пятса профилактикой фашизма лии речь шла о политической борьбе, устранении конкурентов? Как бы там ни было, но самых ярых подражателей НСДАП Пятс отправил за решетку, а еще ввел чрезвычайное положение, цензуру и запретил политические партии. Парадокс налицо: основатель демократического независимого государства стал фактическим диктатором в результате переворота, да еще и жестко расправился с оппозицией. Неудивительно, что в 1938 он был избран президентом.

Многие эстонцы, в том числе инициатор поисков останков Пятса Хенн Латт, считают, что переворот оказался благом и спас Эстонию в 1934 году от фашизма. Была, впрочем, версия, что переворот поддерживали в соседних Советах. Но выяснить всю правду о взаимоотношениях Пяста с советским руководством и лично Сталиным вряд ли когда-нибудь удастся.

«Сталин защищал меня, потому что мы, когда скрывались в Финляндии, обещали помогать друг другу, если кто-то из нас окажется в беде. Спасибо Сталину, что я живу»,

 — так, по словам медсестры Хильде Аудре, формулировал свою позицию Пяст в 1952 году, беседуя с ней в больнице в Ямеяле.

В личном фонде Сталина хранится фотокарточка Пятса с почтительным приветствием и поздравлением: но подобных фотографий в архиве – сотни. И от репрессий отправителей это не спасло. Есть копия секретных агентурных сведений о разговорах Пятса, подтвердить подлинность которой невозможно: и в них эстонский президент отзывается о советской власти и ее руководителях уже без всякого почтения.

В 1939-м году Президент Константин Пятс разрешил создание в Эстонии баз Красной Армии. Через несколько месяцев в республике была восстановлена советская власть (в Эстонии это называют началом оккупации). Парламент сместил Пятса, а в его загородный дом пришли сотрудники НКВД.

Роковые письма

Пята с семьей вывозят в Уфу. Селят в отдельную квартиру «со всеми привилегиями» и приставляют трех агентов. Эстонский журналист Пекка Эрельт, ссылаясь на копии секретных документов, пишет, что в течение нескольких месяцев Пятса выводили на откровенные разговоры и вынуждали писать подробные отчеты о его недавней деятельности.

Могила Константина Пятса в Эстонии. Источник: delfi.ee

26 июня 1941 года семью арестовывают, а заодно конфискуют все имущество. В этот же день бывшего президента допрашивают двадцать три раза. Предъявляется обвинение: «Будучи президентом Эстонии, К. Й. Пятс в период действия договора о дружбе и взаимной помощи между СССР и Эстонией проводил внешнюю политику, ориентированную на Германию, экономическое сотрудничество было направленно на укрепление военной мощи последней для нападения на Советский Союз. Будучи сосланным в административном порядке в город Уфу, проводил контрреволюционную агитацию среди своих близких».

Пятса разлучают с родными и помещают в психиатрическую больницу Казанской тюрьмы. Ему ставится диагноз: старческий психоз, в 1952-м году пожилого заключенного переводят в Чистопольскую психиатрическую больницу. Через два года вдруг в судьбе опального Президента вдруг брезжит свет: тюремное заключение признается необоснованным, пациента перевозят в психоневрологическую больницу Ямеала.

К Пятсу рвутся толпы посетителей, доходят смутные сведения о неких письмах, написанных президентом и переданных на волю — в них он призывает в борьбе за независимость, обвиняет Советский Союз в аннексии и рассказывает подробности допросов. Народная любовь становится для Пятса роковой: через десять дней его вновь сажают в машину и везут в поселок Бурашево Калининской области, на этот раз навсегда. Свидетели ареста Пяста в 1940 году вспоминали, что он вышел к сотрудникам НКВД в костюме и галстуке — вел себя сдержанно и строго.

На могиле первого президента Эстонии в Таллинне лежат цветы и проходят официальные траурные мероприятия. На заброшенном кладбище под Тверью до места первого захоронения Пятса еще нужно добраться, бредя по мокрой траве и пробираясь сквозь деревья. В Таллинне все чисто и ухожено, на западный европейский манер. На тверской первой могиле стоит православный крест, а вокруг растут кустики земляники. На соседних кладбищенских надгробьях в столице прибалтийской республики — эстонские имена. В бурашевском лесу вокруг первой могилы Пятса разбросаны сотни безымянных заросших холмиков: это пациенты психбольницы, расстрелянные и подвергнутые насильственной эвтаназии во время оккупации в 1941-м году, казненные немцами врачи и просто безвестные больные. Есть на этом кладбище и могилы медиков, которые лечили Пятса, некоторые из них уже затерялись.

Читайте также
Субботний Рамблер
Рекомендации
Познакомлюсь с парнем/мужчиной от 18 и до 55 лет для взаимной мастурбации по web-камере и реального секса без обязательств и строго анонимно! Мой Ник SofySunnyRay на сайте http://HBA3L.TK
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука