или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
12 февраля 2014
0
1 074

«Лениниана никуда не делась»

«…Товарищ Никандров, будучи чистым Новороссийским пролетарием, до подобия похож на великого вождя В. И. Ленина. <…> Имея в виду необходимость широкого ознакомления пролетариата с образом скончавшегося вождя, а мавзолей в Москве не может обслужить всех заинтересованных, я предлагаю учредить особый походный мавзолей, где бы тов. Никандров демонстрировал свою личность и тем восполнял существенный культурный пробел».
Такой текст мог бы написать, скажем, кто-нибудь из московских концептуалистов, а сама идея «походного мавзолея» выдержана вполне в стиле современного искусства (предлагали же, например, художники Комар и Меламид установить на Мавзолее табло с бегущей строкой). Но на случай, если вы не узнали этот текст – это отрывок из рассказа Андрея Платонова «Святочный рассказ к 10-й годовщине», написанного в 1927 году. Такое рацпредложение, вложенное Платоновым в уста безвестного пролетария, хорошо иллюстрирует простой факт: с первых лет существования Мавзолея и по наши дни (то есть, уже почти сто лет) вопрос распределения Ленина по российским просторам был проблемным. Изменился только модуль – если раньше Ленина не хватало на всех, то теперь его, пожалуй, слишком много.
Конечно же, темпы производства Ленинских образов сегодня упали почти до нуля. Зато в символическом пространстве вождь до сих пор довлеет и сдавать позиции не собирается. Таблички с названиями улиц, памятные доски, профили, стелы, бюсты, памятники, барельефы – пространство современного города оккупировано Лениным. В этом уже нет остроты, нет живой политики и насущной значимости – одна голая образность и условность. В Перми недавно даже выставку посвятили этой теме: в единственном частном музее города, «Музее советского наива», открылась экспозиция «Ленинские места», посвящённая образу Владимира Ленина в современной культуре. Работали над выставкой кураторы из Екатеринбурга - ассистент кафедры истории искусств Уральского федерального университет Марина Соколовская и политолог Дмитрий Москвин.
На вопрос о том, в какой степени символическое присутствие Ленина влияет на нашу жизнь, Дмитрий Москвин, который уже несколько лет работает с этой темой, отвечает расплывчато, но без особого оптимизма: «Ленин растворён в нашей повседневности, и его символическое взаимодействие с нами в определённый момент может каким-то образом выстрелить». При этом Москвин называет сегодняшнее бытование образа Ленина «Спящим мифом»: по его мнению, этот образ продолжает активно осмысляться, что заметно и в художественной, и в политической практике, и при этом обладает большим потенциалом. Но вот как именно будет «пробуждён» спящий ленинский миф, пока не слишком очевидно – не ясно, удастся ли очистить его от советских шаблонов, суждено будет Ленину воскреснуть в качестве идеолога или исключительно номинальной фигуры. Дмитрий Москвин уверен, что наиболее перспективным могло бы стать обращение к молодому Ленину. В советской пропаганде он как бы сразу превратился в «дедушку Ленина», а период его борьбы, его становления и превращения в идеолога относительно обделён вниманием – это и есть благодатная почва для новой мифологии, однако не совсем понятно, кому и зачем создание такой мифологии может понадобиться.
Так или иначе, Дмитрий Москвин, похоже, не испытывает симпатии к объекту своего исследования, а тем более какого-то пиетета перед ним. В беседе он констатирует: «Мы не сумели признать ухода от советского, значит мы вынуждены жить с героями советской эпохи». Впрочем, сделанная им с Мариной выставка показывает, что причин, по которым Ленин «всё ещё здесь», на деле гораздо больше, и они крайне разнообразны – вплоть до самых будничных. Например, на место Ленина зачастую некого поставить. Причём речь не только об абстрактном идеологическом аспекте. В ряде случаев, как заметили кураторы выставки во время работы над темой, памятник Ленину было бы просто необходимо заменять – иначе рушились архитектурные ансамбли, фасады зданий теряли симметрию. В таких случаях проще оставить всё как есть.
На это, кстати, совсем недавно наткнулись в Перми, во время демонтажа памятного знака «Орден Ленина» — этот случай, наряду с уничтожением Ленина на Украине, и побудил Андрея и Надежду Агишевых, создателей «Музея советского наива», организовать свою выставку. Гигантская копия «Ордена Ленина», которым в своё время наградили Пермь, до недавнего времени стояла на одной из главных городских площадей, пока её внезапно не разобрали на куски. Ничего хорошего из этой истории не вышло – хотя бы потому, что снос монумента сопровождался не идеологически выдержанной риторикой, а мелким и банальным скандалом, касающимся прав на землю, на которой Орден был расположен. В конце концов власти, перепуганные реакцией общественности, пообещали восстановить Орден на новом месте. Было даже сделано несколько эскизов монумента, которые, разумеется, оказались в сто раз гаже предыдущего.
Вообще, бытование памятников в современном пространстве Перми – это отдельная история, преисполненная драматургии. Пять лет «Культурной революции», запущенной галеристом Гельманом и тогдашним губернатором Чиркуновым, оставили после себя, помимо прочего, много объектов паблик-арта – интересных образчиков современной городской скульптуры. Новые памятники, вопреки правилам настоящей революции, ставили не на месте старых, а бок о бок с ними. Так что теперь городское пространство выглядит слегка шизофренически. На бревенчатые «Пермские ворота» художника Полисского и сделанного из старых покрышек «Скарабея» художника Нарымбетова глядят установленный через дорогу бюст Феликса Дзержинского. А высокую стелу с профилем Ленина, дополняющую всё тот же ансамбль, превратили в солнечные часы, и Ленин теперь указывает время, падая тенью на цветочную клумбу с цифрами.
Зато самого известного пермского Ленина – крупный памятник работы Георгия Нероды, стоящий перед Оперным театром – все эти арт-волнения обошли стороной. Правда, когда-то пермские художники Вадим Михайлов и Дмитрий «Фред» Каменев собирались сделать из него Дарта Вейдера – благо, внешний вид памятника таков, что для полного сходства было достаточно только надеть фирменную вейдеровскую маску. У художников вообще были большие планы по переосмыслению городских памятников, но закончилось всё почти ничем – они только успели обвязать вокруг бронзового Пушкина большой красный шарф, на чём и успокоились.
Вряд ли их можно назвать новаторами в деле улучшения пермских памятников – я помню, как ещё в начале двухтысячных (я тогда был маленьким) приезжал в небольшой областной городок Кунгур и поражался: около вокзала у них в то время стоял памятник Ленину, монумент которого был выкрашен в ярко-лиловый цвет, а сам вождь был ослепительно-жёлтым. Для меня навсегда так и осталось загадкой, кто и из каких художественных соображений сотворил с памятником такое.
Вспоминая этот случай, я думаю, что вовсе не сознательные художественные акты, а вот такие спонтанные, часто комические и как бы случайные мутации образа в народе скорее всего и изменят его до неузнаваемости, наделив совсем другим смыслом, а то и вовсе разрушат. Окончательно я убедился в этом осенью, когда делал для одного издания большой репортаж про странного гражданина из небольшого села Мулянка. Гражданин работал в учреждении и отвечал за проведение социалистических соревнований. Когда советская система рухнула, он стал истовым верующим – притом с каким-то совсем радикальным уклоном. Например, увёз из сельской теплицы плафоны для ламп и сделал из них десятки куполов для своей собственной церкви. Обложками каких-то членских билетов он обклеил себе стены во всём доме, а значки с изображением Ленина (их у гражданина остались целые мешки) использовал в качестве декора. Удалось ему где-то урвать и бюсты: целые бюсты Ленина и Сталина он водрузил на двухметровые металлические подставки, расставил вдоль забора и обвил розовой ёлочной мишурой. А осколки-скальпы раскидал по участку. Я приезжал к нему в унылом пасмурном ноябре и видел, как из осенней листвы под голым малиновым кустом на меня потухшими глазами взирает Ленин, словно его там под кустом и закопали, оставив снаружи только лицо – вероятно, из садистских соображений.
Тогда мне показалось, что заживо погребённый Ленин просит его добить.
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука