или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
7 февраля 2014
3
3 517

Палатки в степи: целинные земли 60 лет спустя

С.И. Чернов, В. Ф. Добровольский. «Элеватор».
В этом году Алтай празднует юбилей целины: 60 лет в край бескрайних степей, темных метелей и сугробов в человеческий рост приехала первая партия комсомольцев из Москвы. Целинная эпопея в Алтайском крае продолжалась с 1954 по 1956 год, 50 тысяч целинников со всех концов Советского Союза распахали почти три миллиона гектаров земли. Алтайское зерно накормило голодную страну: было даже время, когда на столах в советских столовых стояли тарелки с бесплатным хлебом.
Пока в Алтайском крае готовят к печати сборник мемуаров и пишут сценарии праздников, доктор биологических наук, профессор Алтайского аграрного университета Виталий Рассыпнов предлагает оценить целинную эпопею немножко с другой точки зрения. Он так и говорит: «Давайте посмотрим немножко с другой точки зрения – я думаю, пришло время оценить, что же мы получили в результате распашки целинных и залежных земель».
— Правительство решило, что надо переносить сельское хозяйство в Сибирь, Казахстан, на Дальний Восток, в Среднюю Азию. Сейчас говорят: Хрущев задумывался о том, чтобы развивать сельское хозяйство и накормить население. Это правда, надо было накормить голодное население страны. Но была еще такая причина: мы были во вражеском окружении, и нам приходилось заботиться не только о своем развитии, но и о развитии братских социалистических стран, — говорит Рассыпнов. — И действительно, мы сумели и накормить свое население, и помочь братским странам, но потом был тот знаменитый спад урожайности сельскохозяйственных культур, когда начались пыльные бури, начались эрозии почвы, система обработки почвы не срабатывала так, как надо…. К сожалению, мы не учли мировой опыт. США, Канада и другие страны в 30-х годах распахали прерии и получили те же пыльные бури, эрозии и потери плодородия. Но мы почему-то считали, что иностранный опыт нам ни к чему, мы сами с усами. Говорят, умный учится на чужих ошибках, а дурак не может научиться и на своих. И вот произошло так, что мы не смогли научиться на своих ошибках.
И то, что было сделано в нашей стране, аукнулось буквально через десять лет, в начале 60-х годов. Те, кто жил в то время, наверное, помнят, как хлеб выдавали по карточкам, и как правление Хрущева сменилось правлением другого генерального секретаря.
Я абсолютно не хочу бросать камень в тот строй, который меня воспитал и вырастил, но и ошибки, конечно же, надо признавать.
И.Ф. Конякин. «Разбуженная целина».
Накануне целины, в 1952-1953 году на Алтае работала комплексная экспедиция Академии наук СССР. Участники экспедиции — кстати, потом все эти московские ученые стали академиками, а их книгами, написанными по итогам экспедиции, алтайские агрономы пользуются до сих пор — четко расписали: где какие почвы, грунтовые воды, какие осадки выпадают.
— Если бы планы освоения целины были построены на основе этих исследований, таких последствий бы не было, — говорит Рассыпнов. — А то ведь – на коня, с шашкой и вперед, выполняйте план и все. А в этот план, кстати, попали и солончаки на западе края, которые распахивать было нельзя. Профессор Алтайского сельхозинститута Николай Васильевич Орловский, известный почвовед, серьезный ученый, не побоялся сказать тогдашнему первому секретарю крайкома партии Беляеву: «не трогайте солончаки, они не дадут урожая, вы только лишитесь пастбищ». Но ему сказали: нет, ты ретроград, ты не понимаешь линию партии. Ему запретили здесь преподавать, и он был вынужден уехать из Алтайского края в Красноярск.
Мы с коллегами решили посмотреть, что происходит на территориях, которые были в свое время распаханы. И оказалось, что на Алтае пахали не целину, целинных земель, кроме пастбищных угодий на солончаках у нас практически не было, у нас были залежные земли. Люди, которые переселялись на Алтай в XIX — начале XX века уже пропахали все это, а потом забросили; система земледелия была такова, что поле забрасывали через два-три года. Наши предки понимали, что в сухо-степных условиях постоянно возделывать эту землю и выращивать пропашные культуры невозможно. А во время целины эти земли ввели в севообороты, поэтому к концу 50-60 годов мы получили пыльные бури. Мы попытались посмотреть по отчетам, сравнивали 1954 и 1966 годы — оказалось, что после целины территории эрозий почвы увеличилось в 14 раз.
- Виталий Александрович, почему руководители страны не приняли в расчет соображения ученых? Как это объяснить?
— Тогда все было подчинено гегемонии партии и правительства. Ни с кем не церемонились. В 1973 году я присутствовал на совещании у тогдашнего первого секретаря крайкома КПСС Георгиева. Выступал наш завкафедрой мелиорации – рассказывал, как они орошали пшеницу в Алейской степи и какие результаты получали. Георгиев хамски его прервал: «что ты тут мне рассказываешь! Мы вон какие урожаи получали в 1972* году, а ты тут еще мне пшеницу поливать будешь?! Вон отсюда!» У всех присутствующих просто уши повяли от этого.
Г.Ф. Борунов. «Битва за хлеб».
- Какое, по-вашему, влияние оказали целинники на культурное наполнение Алтайского края? Удалось ли им как-то изменить сибиряков?
- Это был подвиг людей, вырванных из своих родных мест, движимых чувством патриотизма: страна голодала, ее надо было спасать, накормить. Целинники ехали сюда с флагами, песнями, лозунгами – но они не были готовы жить в сибирских условиях. Мне было девять лет, когда в наше село приехали москвичи-целинники, через год уехали все. Они не смогли прижиться: это были люди с другим менталитетом, другой культурой, и они не приспособлены к сельскохозяйственному труду. Поэтому в алтайских селах целинников почти не осталось.
Об этом не говорят, но даже я помню, что вместе с энтузиастами к нам приехали военные, которых коснулось хрущевское сокращение армии, и еще — выгнанные, нежелательные элементы, от которых надо было очистить Москву, Ленинград, Киев. Те люди, которые не соответствовали стандартам советского человека, ехали сюда на целину и везли сюда свою субкультуру блатняка…. Я помню, они собирались, травили анекдоты – это было совсем не то, к чему мы привыкли в своей деревенской жизни. И они очень быстро уехали, не оставив никакого следа. Понимаете? Допустим, немцы, сосланные в годы войны на Алтай из Саратова, из города Энгельс, показали местным сепаратор и мясорубку – а до этого же пельмени делали из рубленого мяса; привезли сюда семена пряностей, цветов, научили нас высаживать рассаду в парник – до этого Алтай был краем вечнозеленых помидоров. А целинники никакого влияния на культурное наполнение края не оказали. Я о таком, во всяком случае, не слышал.
И эти новые поселки в степи – они же строились наспех; какие-то времянки, щитовые домики. Эти поселки начали более-менее восстанавливаться в 70-80 годах, когда государство начало вкладываться в строительство домов и животноводческих ферм. А до этого целинники жили в ужасных условиях, что усиливало впечатление — это временные люди на нашей земле. И было очень много брошенных домов. В селе Николаевка Поспелихинского района есть улица, местные назвали ее Дерибасовская, потому что там жили целинники из Одессы. Она являла собой жалкое зрелище: какие-то разбитые заборы, разрушенные сараи, дома с выбитыми стеклами. Целинники давно уехали, бросили эти дома – теперь там то цыгане живут, то заезжие строители.
- Вам доводилось видеть пыльную бурую?
— Последняя пыльная буря в Алтайском крае была в 1973 году. Мы со студентами были тогда в поле. Вдруг стало темнеть, как будто перед грозой, подул ветер и понес такую пыль! К счастью, у нас были с собой полиэтиленовые пленки, мы всегда брали их в экспедиции. Мы накрылись этой пленкой и так и сидели. Пыльные бури в степи захватывали огромную территорию, всю сухую степь Алтая, два десятка районов. Как пойдет…. Обычно это было или в конце мая, или в начале июня, когда посевы еще только всходят, сухо, нет дождей. И в речки все это попадало, и оседало в лесных массивах.
С.И. Чернов, В. Ф. Добровольский. «Степные огни»
В 1955 году первым секретарем Алтайского крайкома КПСС стал Константин Георгиевич Пысин. Он рвался перевыполнить спущенный из Москвы план в 2,3 миллиона гектаров, и принял решение распахать поймы алтайских рек и альпийские луга. До распашки гор, к счастью, не дошло, кроме склонов Чумышской долины, но поймы распахали. В краевых газетах тех лет высмеивали и порицали руководителей районов, которые сопротивлялись бешеному пысинскому напору. «Мы убедились, что пойменные земли, берега озер – небывалая кладовая», — восхищались алтайские журналисты 50-х. Но восхищались они недолго – реки, возмущенные таким надругательством, в первое же половодье смывали берега вместе с новыми полями, а озера пересыхали.
— Поймы – самые ранимые почвы на земле, — говорит профессор Рассыпнов. — Они могут быть распаханы крошечными грядками для того, чтобы выращивать там капусту или огурцы. И все. На пойму нельзя смотреть с точки зрения пахаря.
- Сколько времени может потребоваться на восстановление плодородия?
— Во всех учебниках почвоведения написано, что один сантиметр плодородной почвы формируется десять тысяч лет. А для того, чтобы хотя бы поддерживать то, что осталось, и постепенно наращивать, нужен колоссальный труд и капиталовложения. Ведь американцы в свои прерии вложили и продолжают вкладывать колоссальные средства. У них практически нет естественных почв, это грунты, на которых они с помощью удобрений выращивают свою продукцию. Вложили – получили. Это как горшок с песком – если вы добавите в него удобрения, то что-то там у вас вырастет.
- Виталий Александрович, некоторые историки и агрономы считают ошибкой все, что происходило с сельским хозяйством в хрущевские годы, в том числе и целинную эпопею. Вы с ними согласны?
— Нет. Целина была нужна, чтобы накормить людей. Тогда стране действительно не хватало продовольствия. В европейской части России, там, где во время Великой отечественной прошли бои, особенно в лесной зоне, все было нашпиговано минами и снарядами. Там нельзя было пахать, там и не пахали многие годы. Там до сих пор поисковики находят не захороненных солдат, там много брошенных полей. И когда началось восстановление народного хозяйства, сельские жители из тех мест поехали работать в ближайшие крупные города: Минск, Киев, Москву, Ленинград, Новгород… Нечерноземье оголилось, а хлеб надо было где-то выращивать. Ставрополье, Кубань, Ростов, Волгоград — все было распахано уже. Целина была правильным решением, но это решение должно было быть подтверждено научными выкладками.
Есть же еще и такая вещь: сейчас наша страна перешла на совершенно новую модель экономики, крестьянам в собственность отдали земельные паи. В Алтайском крае, на территории распаханных целинных и залежных земель люди получили наделы с низким плодородием. Крестьяне пытались выращивать там урожай, но вкладывая деньги в технологии, машины, удобрения, либо не получают ничего, либо минимальный доход. Им очень сложно работать на этих участках. Земля стала недвижимостью, собственностью – но на территории западных районов Алтайского края она не будет предметом купли и продажи, у этой земли очень низкое качество. А так как на Алтае люди поколениями варились в этом переселенческом котле, у наших крестьян сформировался особый менталитет, с очень слабыми национальными традициями и очень слабыми экологическими представлениями; единственный посыл – получить от земли прибыль любой ценой. Я даже художественную литературу иной раз читаю глазами эколога, и каждый раз поражаюсь: как бережно люди относились к природе – брали от нее ровно столько, сколько надо. А сейчас лишь бы получить прибыль. Даже хищники и то регулируют поголовье своих жертв. Нельзя жить на помойке, а мы скоро на ней будем жить.
М.Ковешникова. «В конце страды».
- Сейчас иногда звучат предложения: учесть разработки ученых и начать в крае вторую целину. Люди получили бы работу, поверили бы в будущее. Что вы об этом думаете?
— В 90-е годы алтайские крестьяне бросали поля, до сих пор брошено около 300 тысяч гектаров – в основном это солончаки. И вот там началось естественное восстановление. Степь снова зарастает ковылем, который после целины был занесен в Красную книгу, и ботаники поражаются: за 20-25 лет аборигенная растительность восстановилась во всей красе. Эти брошенные земли, заросшие лесом и ковылем, должны остаться под лесом и ковылем. Пусть вторая целина станет идеологическим слоганом, но под этой маркой должно быть что-то другое. Если не можем развить промышленность, давайте сделаем наш богатейший край привлекательным для туристов. Пусть это станет нашей второй целиной.
СПРАВКА Виталий Александрович Рассыпнов — доктор биологических наук, профессор, литератор, имеет более 100 научных и методических трудов, автор исследований в области почвоведения, агрономии, земельного кадастра, экологического образования молодежи и социальной философии. Член Российского философского общества РАН (Философское общество Алтая) и Общества почвоведов им. В. В. Докучаева, литератор. 
*В 1972 году в Алтайском крае был собран рекордный урожай пшеницы, непревзойденный до настоящего времени.
Иллюстрации: работы алтайских живописцев из фонда ​художественного музея Алтайского края. 
Субботний Рамблер
Рекомендации
А что означает "край темных метелей", не пойму, может опечатка какая?
это местный алтайский термин, на Алтае говорят "темная метель" или "темный буран" - это когда такая метель, что дальше вытянутой руки уже ничего не видно. Но таких метелей в последние 10 лет, можно сказать, не было.
Сейчас практически уже есть выпиливаются нещадно леса у нас этим летом испытали на себе
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука