или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
14 мая 2015
0
4 598

Первый президент Украины: «Мы не могли самостоятельно управлять ядерным потенциалом»

Леонид Кравчук. Фото: rus.tvnet.lv

Первый лидер независимой Украины после распада СССР Леонид Кравчук рассказал Наталье Горовой, как бывшая советская республика расставалась с ядерным оружием. В тот момент атомный арсенал Украины превосходил арсеналы Франции, Великобритании и Китая вместе взятых.

— Сколько стоило Украине содержание ядерного арсенала, доставшегося от СССР?

— Собственно говоря, тогда не было совсем уж украинского арсенала, он был наполовину таковым. Там был, в том числе, Черноморский арсенал, а по Украине стояли и эти ядерные шахты, и в целом все войско. Тогда был государственный бюджет военный, а сколько конкретно стоило содержание ядерного арсенала, я точно не знаю, нужно смотреть бюджет.

— Какая инфраструктура была у Украины для содержания ядерного оружия?

— Это была отдельная 43-я армия, у которой было все, чтобы транспортировать тактическое ядерное оружие, осуществлять дислокацию, обслуживать ядерные шахты и обладать определенной информацией. Подчеркиваю — определенной. Потому что основные стратегические данные о ядерном составе, ядерных возможностях, о запуске ракет находились не в Украине, а в Подмосковье. Так что мы не могли самостоятельно управлять ядерным потенциалом, не имея соответствующей инфраструктуры для запуска, мишеней и стратегической цели.

Так называемый ядерный чемоданчик находился у президента России — Бориса Ельцина. У Украины не было ядерного чемоданчика,

повторю: ядерное оружие Украины находилось в прямой органической зависимости от ядерного оружия, ядерного потенциала России. У нас четыре республики обладали ядерным потенциалом: Украина, Казахстан, Белоруссия и Россия.

— Кто, когда и на каком уровне предлагал сделать Украину ядерной державой?

— Собственно говоря, такая задача и не ставилась. Ставилось другое задание: что делать с ядерным потенциалом, который был размещен на территории Украины еще с советских времен. Тогда Украина не принимала никакого решения по поводу размещения или не размещения, этот вопрос решался в Москве — в политбюро, в Министерстве обороны. И наши Вооруженные силы, и стратегический военный арсенал, который был в стране, все это — военный арсенал Советского Союза. Украина была республикой Советского Союза, и она не решала никаких вопросов, связанных не только с ядерным оружием, а и в целом с военными проблемами, Вооруженными силами Советского Союза — и тактическими, и стратегическими целями. Все это решала Москва. Украина выполняла те или иные задания по поручению или по указанию Москвы.

Демонтаж баллистической ракеты СС-19. Архивное фото 1997 года

— Была ли у Вас возможность взять на себя командование стратегическими ядерными силами на Украине?

— Не было такой возможности. Поэтому я, когда информирую и информировал общественность о том, какие у меня были возможности, рассказываю, что у меня была телефонная связь непосредственно с командующим ракетной армией Украины — и все. Других связей или директив, которые я мог бы дать как обладатель ядерного чемоданчика, у меня не было совсем. Поэтому я не могу сейчас даже говорить о том, что президент Украины мог, так сказать, управлять частью ядерного потенциала бывшего Советского Союза. Как часть она была в органической связи с целым, которое находилось в Москве, непосредственно в управлении президента России и, соответственно, стратегических ядерных сил России.

— Маршал Евгений Шапошников в интервью рассказывал, что Вы запрещали вывод тактического ядерного оружия…

— Я стоял на том, что ядерное оружие — это не просто, скажем, набор винтовок. Я знал, что это устрашающая ядерная сила, и что она Украине и тогдашнему Советскому Союзу стоила недешево. Я не хотел, чтобы украинские ядерные силы попали неизвестно куда. Поэтому я требовал, чтобы по этому вопросу были приняты соответствующие решения. Решения, соответственно, принять могли Украина, Россия и США — хотя не все разделяли мою позицию. Почему? Потому что я знал: если не буду принимать участие в переговорах и в принятии решений о наших ядерных арсеналах, то возможно вопрос бы решался не демократично, не коммерчески.

Я специально употребляю слово «коммерчески», потому что нам необходимо было возмещение затрат не только на содержание, но и на уничтожение ядерного оружия. У меня была возможность добиться этого, потому что сначала Борис Ельцин этого не хотел. Он хотел, чтобы Украина и Россия самостоятельно решали вопрос относительно ядерного потенциала Украины, но я не получал ответа на вопрос «а какие будут возмещения?». Россия не собиралась возместить нам стоимость этого ядерного оружия.

Забегая вперед, скажу, что каждая ядерная шахта стоила миллиард долларов. Если у нас было их 165, то это означало 165 миллиардов долларов.

Это без учета тактического ядерного оружия, специальных ракет и авиации. То есть мы знали, что нам нужно возместить эти затраты, и мы ставили этот вопрос.

Второе, если поставить задание и принять решение об уничтожении ядерного оружия, то опять-таки, на уничтожение, особенно жидкотопливных ракет, требовались очень большие затраты, поскольку жидкость в них была настолько агрессивной, что сжигала все вокруг — если она попадала на землю, земля не родила бы там ничего много-много лет. Поэтому нужно было быть очень острожными. Тогда мои переговоры с вице-президентом США Альбертом Гором, а потом президентом США Биллом Клинтоном дали возможность поставить этот вопрос в плоскость практического решения, и США возместили нам 700 млн долларов на уничтожение ядерного оружия. Россия, в свою очередь, бесплатно поставляла нам ТВЭЛы (тепловыделяющие элементы с ядерным топливом) для ядерных электростанций в течение, насколько мне известно, двух лет.

Пусковая шахта для ядерных ракет в Украине. Фото: alexcheban.livejournal.com
— Отказавшись от ядерного статуса, Украина выиграла или проиграла?

— Я бы спросил иначе: а была ли у нас альтернатива? Вот если бы была альтернатива — отдать или не отдать, — тогда вопрос был бы уместным. А у нас альтернативы не отдать ядерное оружие не было. Объясню почему. Боеголовки, как и все в нашей жизни, не вечны. Через некоторое время их необходимо заменять. На каждой из 165 ракет было по шесть и более боеголовок, так что речь идет о тысячах боеголовок. Срок их жизни заканчивался в 1997-98 годах, боеголовки нужно было заменить обязательно, иначе они могли представлять опасность, например, самоуничтожения. У нас, конечно, не было ядерных боеголовок на замену. Для того, чтобы заменить своими украинскими ядерными боеголовками, нужно было наладить линию по производству ядерных боеголовок. Ведь, как известно, ядерным оружием никто не торгует. Поэтому Украина не могла ни по времени, ни экономически, ни политически решить этот вопрос. По времени — потому что для подготовки своей линии по производству ядерных боеголовок нужно было очень много времени. По экономике — мне называли цифру, что тогда это стоило бы Украине около 50 миллиардов долларов.

Но Украина, переходя от одного устройства к другому, от тоталитарной системы к демократической, не имела никаких возможностей тратить такие средства, потому что у нас не хватало валюты для собственных потребностей, для народной жизни, так сказать. Денег у нас не было. Денег нам под производство ядерного оружия никто в кредит не дал бы. Таким образом, и экономически, и фактически мы не могли этого сделать. Была и политическая проблема — давление западных государств и США, серьезное давление кроме России, чтобы Украина избавилась от ядерного оружия. Почему? Потому что

все ядерные ракеты, которые были дислоцированы в Украине, были нацелены на одну страну — на США, и они, конечно, опасались, переживали по поводу того, что может случиться вдруг, если не будет осуществлен план уничтожения ядерного оружия.

И мне прямо говорили: если Украина не согласится на уничтожение ядерного оружия, на его вывоз для расчленения и превращения урана в пригодный для ядерных электростанций, то начнется прежде всего экономическое давление, а затем Украина попадет в изоляцию — экономическую и политическую.

Понятно, что, только родившись, попасть в западную и российскую изоляцию мы не могли, мы бы не выдержали этого давления. Поэтому у нас не было альтернативы. У нас была одна линия — уничтожение ядерного оружия. И те политики, которые сейчас стремятся доказать, что это не так, продолжают спекулировать на ядерной теме. Народ, не обладая точной информацией и точными знаниями о ядерном оружии, его опасности, порядке применения и уничтожения, не имеет возможности распознать, кто говорит правду, а кто неправду в интересах собственного имиджа.

Народу нужно сказать правду, в конце концов. Когда решался вопрос по ядерному оружию, было проведено совместное заседание Верховной Рады и Академии наук Украины при участии главнокомандующего 43-й армией. На это заседание были приглашены все ядерщики Академии наук, президент АНУ Борис Патон, и им задавали вопросы депутаты, откровенно, искренне, как ученым, которые знают, что это такое. И они отвечали тоже объективно, профессионально. И именно такое решение, которое тогда приняла Верховная Рада, было адекватным, потому что депутаты убедились на основании данных людей не от политики, а людей от науки. Это очень важно знать. Все тогда признали, что содержать и заменить ядерные боеголовки страна не в состоянии.

Читайте также
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука