или зарегистрируй аккаунт Рустории Укажи свой e-mail
Готово! Принимай от нас письмо
с паролем для входа на сайт.
15 февраля 2014
0
1 621

САМЫЙ ЛЕГКИЙ В МИРЕ ЧЕЛОВЕК

Впервые я встретился с этим человеком много лет назад — в 1992 году, когда институт послал меня в северное Приморье, в комплексное лесопромышленное хозяйство на производственную практику.
Директор КЛПХ отправил меня в лесохозяйственный отдел, чтобы его начальник распределил студента на пятимесячную работу в какое-нибудь из лесничеств. Он сказал: «Со своим направлением обратишься к Виктору Ивановичу Лёвину, ему решать, в каком лесничестве требуется мастер».
Когда я в закоулках коридоров конторы КЛПХ нашел дверь лесного отдела и вошел в нее, то сначала думал, что кабинет пуст. Настолько этот человек может вдруг сделаться легким, невесомым и незаметным, наблюдая за миром как-бы со стороны. Он сидел за письменным столом, маленький, щупленький, сгорбленный, сухонький. Его нос с горбинкой как-бы повторял всю его ссутуленную фигуру. Глядя на этого человека невозможно было и представить, сколько энергии заключено в этом малом объеме, молодой энергии, задорной, творческой. А ведь родился он в 1939 году…
Когда мы познакомились, он как-то сразу стал общаться со мной так, словно мы давние приятели (как оказалось потом, он интуитивно чувствует людей, которым можно доверять, никогда не ошибается). Предложив мне присесть за тот же стол (в кабинете их было пять), он, дотянувшись до книжного шкафа, достал из-за дверцы початую бутылку водки, нарезанные хлеб, сало и банку с маринованной килькой:
— Ты вкушаешь? А то давай за знакомство, с балтийской килечкой, а?
В его глазах светилась надежда, надежда на то, что я составлю ему компанию, ведь выпить (вкусить) ему очень хотелось, но в одиночку он не мог…
— Да нет, спасибо Виктор Иванович, нельзя же на работе… — попытался было начать вразумлять я Лёвина (я еще не знал, что разумнее человека трудно найти на всей Земле).
— С чего ты взял, что нельзя? Что, ярмо мешает? Мы же не собираемся в зюзю нажираться, или тебе совсем нельзя и ты сильно дуреешь от этого? — удивленно парировал Виктор иванович.
В общем, я не позволил себе оправдать его надежд (я впервые здесь на работе, а вдруг это провокация?).
Вдруг в наш кабинет внезапно ворвался директор. Он увидел извлеченные из шкафа закуску-выпивку и стал возмущаться, уповая на должностные инструкции, трудовое законодательство и т. п. Лёвин вдруг стал похож на квочку, вставшую на защиту выводка, глаза его метали молнии:
— Знаешь что, я выпивал, выпиваю и буду пить, когда посчитаю нужным! Я хоть раз навредил этим работе, делу? Нет? Вот и читай морали тем, кто не может так как я! А мне не мешай, если не нравится — я хоть сейчас готов написать заявление по собственному, меня в других местах запросто примут, да и пенсию я уже заработал! Я же не читаю тебе морали, когда ты на неделю в запой с работы пропадаешь!
Директор, махнув рукой, ретировался.
Впоследствии жизнь неоднократно сводила меня с Виктором Ивановичем, поэтому я понял, что это действительно удивительный человек. В плане лесоинженерной деятельности он был просто незаменим. Его гибкость ума, которую регулярное (правда, весьма умеренное) употребление алкоголя не ухудшило, просто поражала. Знание леса, понимание его законов и принципов изнутри, интуитивно, заставило меня задуматься о генетической передаче династийного опыта и способностей. Этот человек стал лесоинженером не случайно, все его предки по мужской линии были лесниками или лесничими еще со времен Петра I.  Как лесоинженер я многое перенял из его опыта в работе.
Лёвин обладает поистине уникальным организмом, который совершенно не страдает от регулярных возлияний, не испытывает похмелья даже после довольно неумеренных посиделок. Не советую это повторять, поскольку по отношению к спиртному его организм действительно уникален и это не поддается никакому биологическому объяснению. Осенью, в день работников леса — наш профессиональный праздник, по традиции у нас устраиваются посиделки на природе с обилием закусок и спиртного. Так вот, Виктор Иванович, выпивая наравне со всеми и почти не закусывая, остается в трезвом уме и памяти, без нарушения координации движений (имея вес не более 50 кг), в то время, как более крупные коллеги, ростом под два метра и весом за центнер, от выпитого падают замертво.
Но не в отношении к алкоголю его настоящая уникальность. Он совершенно бессознательно угоден всем, у него вообще нет врагов. В этого, с виду невзрачного человека, влюблялось множество красавиц намного моложе его. Он умеет выходить из сложных конфликтных ситуаций совершенно чистым и незапятнанным без какой бы то ни было продуманной стратегии.
Как-то мне попались старые, подлежащие уничтожению бумаги из архива леспромхоза. Мне было интересно (в плане юмора) почитать докладные и объяснительные записки тех лет. Там я нашел много материалов о неком конфликте, возникшем из-за того, что один из водителей лесовоза, будучи пьяным на работе, матершинно оскорбил директора предприятия в присутствии множества членов коллектива. Естественно, было множество докладных и куча объяснительных от всех присутствовавших. Меня поразила объяснительная Лёвина, поразила всесторонней безобидностью:
«Я, главный инженер … леспромхоза, Лёвин В.И., настоящей запиской докладываю, что знаю об данном инциденте только со слов иных лиц. Сам я, несмотря на мое присутствие, конфликта не заметил, потому что, скорее всего, в это время был очень занят работой, поэтому ничего по этому поводу вспомнить не могу».
А вот другой конфликт, главным фигурантом которого был ваш покорный слуга. Я, в присутствии моего прямого начальника — Виктора Ивановича, довольно грубо схватил за грудки директора и потрес его немного на весу (мой рост — 190 см, вес — 110 см, размер ноги — 45,5). Сделать сие непотребное действо меня заставило то, что директор вполне необосновано и долго (около 3-х месяцев) задерживал нам зарплату. Директор, оправившись от мгновенно посетившего его животного страха, потребовал, чтобы Левин написал на меня докладную по данному факту. Он, видимо, хотел подать на меня в суд, для которого и готовил документальную базу предприятия по полной. На это Виктор Иванович ответил: «Никогда я не писал никаких докладных, не пишу и не буду писать!». Но директор очень сильно настаивал. Тогда Лёвин схватил ручку из организатора директора, пошеркал ею по бумаге, со психом бросил ручку в мусорную корзину и изрек: «Пошел ты на …, Вася, какой ты к черту директор, если у тебя в кабинете даже ручка не пишет!».
С Виктором Ивановичем, по долгу службы мы проводили очень много времени в лесу, ночуя где придется: в зимовьях (иногда полуразрушенных), балках лесорубов и т. п. И вот однажды мы зашли в урочище ключа Охотничьего, что есть приток реки Большая Уссурка. В тот раз, в разрез сложисшемуся обычаю, Виктор Иванович шел впереди меня. Хотя, обычно, я убегаю вперед, ведь Лёвин ходит медленнее. Через несколько часов пути таким порядком, впереди идущий Лёвин затих — присел отдохнуть. Я же продолжал продвижение вперед, сближаясь с Виктором Ивановичем. Вдруг, метров за 10 до Лёвина я услышал его возглас, шум проламывающегося сквозь заросли жовольно крупного тела и увидел довольно высокий и широкий в плечах быстро удаляющийся лохматый силуэт.
Когда я продрался сквозь джунгли к Лёвину и распросил его, он подвел меня к намытой тайфуном из-под кедрового выворотня влажной земле, вперемешку с кремнеземом, на которой отчетливо и глубоко отпечатался след босой человеческой ноги огромного размера — в нее уместилось два моих следа в длину. Это был след самого настоящего Йети, присутствие которого в этих местах, по словам Лёвина, обычное дело. Задолго до этого случая я сам слышал от лесорубов рассказы об их встречах со Снежным Человеком. Но тогда я считал это следствием постпохмельного синдрома, а сейчас прямо перед собою видел настоящий след самого настоящего Йети. К сожалению, слепок следа сделать было нечем, сфотографировать тоже нечем. До ближайшего фотоаппарата было 6 часов езды в один конец, а мы были без автомобиля, который должен был приехать за нами лишь через три дня. Поэтому зафиксировать вышеописанный факт, к сожалению, не удалось.
Сам же Виктор Иванович так описывает внешность Йети (он видел его верхнюю часть от пояса): «Как обычный, физически развитый человек, только уж больно крупный, лохматый, весь в шерсти, кроме лица. Лицо как у обычного человека, только крупнее, но покрыто коротенькой и густой рыжевато-бурой шерсткой, взгляд вполне разумный, не дикий».
О Викторе Ивановиче можно много еще написать, но, дабы не утомлять читателя, позвольте откланяться и заметить, что вот каких чудаков и оригиналов немало на земле русской.
Виталий ХОВАНСКИЙ
Фото автора 
Субботний Рамблер
Рекомендации
JPG, PNG, GIF (не более 2 Мб)
1000
Ctrl+Enter для публикации комментария
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
Подпишись на Русторию,
не будь злюкой.
Нажмите «Подписаться на новости», чтобы читать
новости Рустории в Вконтакте.
Вконтакте
Facebook
Twitter
Спасибо, я уже подписался на Русторию
18+
|
ИнтернетТранспортРекламаТранспортСпортПутешествияЕдаПриродаПолитикаОружиеЭкономикаИсторияЗдоровьеМузыкаНаука